Паспорт восхождения

I. Класс восхождения — технический 2. Район восхождения — Фанские горы 3. Вершина — Москва, 5183 м по северной стене через висячий ледник 4. Предполагаемая категория трудности — 6Б 5. Характеристика маршрута:

Общий перепад высот — 1480 м. Характеристика стенной части (скальной и ледовой): перепад высот — 1290 м, в т. ч. ледовой стены — 131 м, протяжённость — общая — 1474 м, в т. ч. ледовой — 142 м, участков V кат. сл. — 462 м, " — 15 м, VI кат. сл. — 484 м, " — 95 м. Средняя крутизна стены — 76°, в том числе низа (270 м) — 62°, остальной части (1010 м) — 79°, ледовой стены (106 м) — 92°.

6. Использовано на стенной части маршрута:

Всего, в т. ч. для создания И.Т.О.

На остальной части маршрута использовано 3 ледовых крюка.

7. Количество ходовых часов (на стене) — 64 ч
8. Ночёвок — 6, в т. ч. сидячих — 4, висячих — 2
9. Состав команды альплагеря «Артуч»:

Шумилов Олег Иванович, МС — капитан; Часов Эдуард Израилевич, МС — зам. капитана; Пархоменко Александр Леонтьевич, МС — участник; Бородацкий Игорь Григорьевич, КМС — участник; Иванов Николай Руфович, КМС — участник; Уродков Анатолий Акиндинович, КМС — участник.

10. Тренер команды — Шумилов Олег Иванович II. Даты: выхода на маршрут — 6 июля 1980 г., восхождения на вершину — 12 июля 1980 г.

Всего — 7 суток

X — крутизна положительных участков определялась визуально (в случае непрерывности наклона стены на участке маршрута и сбоку от него); крутизна отрицательных участков — по отвисанию конца свободной верёвки. Таблица 3

Основные характеристики маршрута

1 день восхождения 6 июля 1980 г. Пройдено II — 8 м по кат. сл. — 126 м У — 120 м VI — всего — 254 м. Перепад высот — 219 м.

Начало работы — 5:00. Окончание — 14:30. Отработано — 9 ч 30 мин.

Погода с 5:00:

• Ночёвка сидячая до 9:00 — солнечная.
• Далее — облачность. Утром температура не ниже нуля.

2 день восхождения — 7 июля 1980 г.

www.alpfederation.ru ↗ ¹

5 день восхождения 10 июля 1980 г.

¹

Пройдено (м) R1–R3 III–15 Начало работы Окончание

¹

График движения по маршруту Таблица 5. Протяжённость стены по категориям

Использование точек страховки в зависимости от трудности маршрута

II. Тактика восхождения и организация безопасности.

Комбинированные маршруты, сочетающие «шестерочные» скалы и «висячие ледники» с вертикальным и отрицательным льдом, требуют при прохождении сложной тактики, отличной при прохождении обычных «шестерочных» восхождений. В основу этой тактики, кроме опыта восхождений, положены знания определённых физических закономерностей, управляющих расслоением и отрывами кусков льда и глыб льда, их падением и трансформированием, которые при тщательном изучении опыта могут быть выявлены и оценены.

Тактика прохождения указанных комбинированных маршрутов не могла быть предложена сразу. Рождению её предшествовало длительное наблюдение за поведением других, подобных п. Москвы, вершин, опыт прохождения членами команды висячих ледников Мирали и Марии.

Предварительная часть тактического плана — многодневная тщательная разведка, определение режима и падения льда, определение времени прохождения стены в целом и льда в частности, выбор мест ночёвок. Разведка стены началась в 1978 г. Тогда была выявлена принципиальная возможность преодоления стены в центре через лёд, что и было выполнено в этом году. В текущем году наблюдения и опросы людей позволили установить, что обвалов льда в период с полуночи до 16:00, как правило, не наблюдается, обвалы редки — не чаще одного раза в течение 3–х дней. Вблизи предполагаемого маршрута в последнее время обвалов не прослеживалось. Однако всё это было зафиксировано для относительно стабильного состояния погоды и температурных условий. При значительных температурных перепадах режим жизни висячего ледника мог измениться. Выход на маршрут был организован после периода тёплой солнечной погоды в момент её относительного «ухудшения», совпадающего в Фанских горах с новолунием. Перед выходом и в момент восхождения наблюдалась средняя облачность, по данным метеосводки среднесуточное (что очень важно) понижение температуры воздуха составляло 3–4°С. Таким образом, команда шла в условиях, когда за период тёплой погоды произошла относительная разрядка «висячего ледника», т. е. освобождение от особо неустойчивых его частей, сменяемое закреплением оставшегося немонолитного материала.

При планировании учитывалось также, что при падении в нижней части стены лёд дробится и превращается в ледяную крошку и пыль. Последнее представляет незначительную опасность, в частности, такой лёд практически не может перебить верёвку. Лёд при падении не рикошетирует.

Преобладание на склонах плит и стен, долгое время находящихся под потоками воды, делает маловероятным наличие в ледяных обвалах свободных камней (это подтверждено изучением конусов выносов обвалов).

Опасность может представлять:

• взвешенная ледяная пыль для лёгочных путей.

Наблюдения показали, что при обвалах, вследствие насыщенности льда водой, облако пыли держится менее минуты, и чтобы его переждать, достаточно на это время закрыть голову штормовкой.

Таяние ледника, расположенного вдоль всей стены, вызывает появление водяных потоков. Их трансформация происходит в двух направлениях:

• распыление струй и перенос этой водяной пыли вдоль всей стены, в том числе и под карнизы;
• образование в ночное время натёчного льда и его сохранение в несолнечные дни в верхней части и в теневой зоне практически в течение всего дня.

Исходя из вышеизложенного, тактика прохождения стены включала в себя следующие положения:

• Вертикальность линии маршрута с отклонением только для ухода под большие нависания или для организации безопасных ночёвок.
• Выбор направления маршрута подчинялся одной цели — минимум участков, открытых для воздействия льда и камней.
• Прохождение маршрута проходило по трудным, сложным, но безопасным скалам и льду.

2. Ранний подъём и работа на стене до 14:00–15:00. Исключение составляла верхняя часть стены, когда группа целый день была защищена не отдельными карнизами, а целыми участками стены (практически работа на стене начиналась ранее 5:00 утра каждый день).
3. Организация мест страховок происходила только под карнизами (не только на скалах, но и на льду); преодоление нижней части — в манере «перебежек» от карниза к карнизу (или от одного отрицательного участка к другому). При прохождении открытых участков членам команды предлагалось идти в полную силу. Для увеличения свободы движения на некоторых из них движение шло с самостраховкой на скользящем карабине с дополнительной страховкой (преимущественно — верхней).
4. Предварительная обработка маршрута при нахождении свободных от работы членов в безопасных местах. Частным случаем этого положения является возвращение на безопасные ночёвки.
5. Организация ночёвок исключительно под козырьками скал. Все ночёвки были сидячие или висячие. Для этого было взято необходимое бивуачное снаряжение.
6. Усиление, по сравнению с общепринятыми, систем страховки группы в целом и личной каждого члена команды. Для реализации перечисленных выше положений использовалось достаточное количество верёвок (8 шт. по 40 м, в т. ч. две импортные повышенной прочности, 2 по 80 м), крючьев и другого снаряжения.

К дополнительным мерам коллективной безопасности относятся:

• движение по двойным перилам или по одинарным, но со страховкой;
• закрепление концов перил в 3-х точках и их блокировка;
• сцепление перил;
• введение промежуточных точек закрепления перил;
• закрепление страховочной верёвки палаток на ночёвках на шлямбурных крючьях.

Применялась проверка и перепроверка всех организационных систем членами команды, что повышало их надёжность и полностью исключало случайные ошибки (некоторая вероятность появления которых могла быть при практически нескольких тысячах операций и действий).

К личным дополнительным мерам безопасности относились:

• двойная самостраховка на бивуаках и точках остановки;
• дополнительный схватывающий к зажиму;
• независимое от прикрепления к самостраховочному грудному карабину основных верёвок крепление самостраховки;
• дополнительный (к системе «грудная обвязка — беседка») пояс с его креплением на основной самостраховочный карабин;
• нахождение на ночёвках в касках и др.

7. Прохождение ледовой стены планировалось осуществить до 12:00 в направлении наименьшей её расчленённости, после предварительной разведки накануне. Для верхней части висячего ледника, представлявшей собой фирновую прослойку, предполагалось использовать ледоруб и айсбайль, что и было реализовано практически. Крепление перил осуществлялось на отвесе материкового льда, а не на его отколах.
8. Учитывалось наличие водопадов и сплошного водяного облака в верхней части стены, увеличивающих свою интенсивность при подходе к леднику. Группа была к этому психологически готова. Кроме увеличения трудности преодоления таких скал, возрастает вероятность простудных заболеваний. Прохождение таких участков осуществлялось рано утром до начала таяния с обеспечением тщательной страховки.

Вторая сторона наличия воды — покрытие скал почти до полудня натёчным льдом, также было учтено введением в снаряжение «ледяных закладок».

X) Каких-либо заболеваний, а также травм, ранений на восхождении не было.

Восхождение выявило:

• высокий уровень моральной и технической подготовки команды;
• точное подчинение движения намеченному ранее тактическому плану и говорит как о правильности действий руководителя, так и команды в целом.

Разработанная тактика прохождения стенных маршрутов при наличии сверху них висячего ледника полностью себя оправдала. Она обеспечивает безопасность движения, равную безопасности любого классифицированного маршрута высшей категории трудности.

III. Описание маршрута по дням. 4–5 июля 1980 г.

• Осматриваем стену и внимательно следим за её режимом.
• Маршрут необычный.
• Разбившись на двойки, выходим для осмотра и фотографирования под стену, на противоположные склоны к пер. Двойной и на перемычку Амшута.

Вечером 5 июля на общем собрании команды утверждаем окончательный вариант маршрута, уточняем тактический план, конкретизируем порядок связи, корректируем снаряжение и питание.

Первый день — 6 июля 1980 г. На рассвете двойка R0, Шумилов — Э. Часов находится под стеной у намеченной точки. Снег за ночь смёрзся, идти легко, бергшрунд легко проходится по широкому мостику.

С ходу начинаем штурмовать нижнюю стену. Через 15 м внутреннего угла выходим на треугольную полочку, шириною до полуметра и длиною три метра. Это первый пункт перестёжки.

Сегодня впереди работают самые опытные члены команды — им надлежит:

• воочию осуществить тактический план в жизнь;
• дать общее направление восхождению;
• «пощупать» руками стену.

Крутые скалы (уч. R2–R3) выводят на более пологую часть — на пьедестал. Он состоит из нехарактерных плит и стенок. Местами на скалах свежий лёд, в углублениях лежит старый. Сегодня велика моральная нагрузка — первый день всегда напряжён, движемся медленно, тщательно выбирая путь верхними навесами. Ориентирами являются:

• два нависа (уч. R8–R9);
• значительно выше — карниз (уч. R13–R14).

Подходим к первому — под ним небольшая ступенька-полка типа «бараний лоб». Тут достаточно удобно и безопасно, потому что полка длиной почти 5 метров. Ночёвка сидячая. Сюда собирается вся команда. Снег для питья находим слева, не выходя из-под навеса.

Поскольку выше расположены нависающие скалы (уч. R8–R9), решаем, несмотря на позднее время, навесить ещё верёвку. Траверсируем вправо и проходим:

• сам навес;
• ещё стеночку.

Второй день — 7 июля 1980 г.

Маршрут второго дня проходит ещё по относительно некрутой части, что для повышения безопасности требует интенсивной работы всей команды. От отработанной верёвки вверх почти две верёвки продолжаются «бараньи лбы». Выход к полке (уч. R11–R12), расположенной под карнизом (уч. R13–R14). Этот карниз хорошо просматривается с ледника.

Под его защитой устанавливаем контрольный тур №1. Можно было бы здесь ночевать, но мы стараемся подняться выше, под защиту верхних карнизов.

Траверсируем верёвку влево к разрыву, образованному отрывом его куска при каком-то землетрясении, и в лоб проходим его. В отдельных местах впервые применяем лесенки. Справа прохода по скалам течёт вода, остатки ночного льда, но здесь наверху можно отойти от неё левее. Скалы очень гладкие, трещин мало, с трудом подбираем к ним крючья, видимо, весною и в снежные годы сюда попадает лёд и льётся вода.

К полудню проходим один за другим три карниза (уч. R16–R17, R18–R19 и R20–R21). Обход их невозможен, так как пришлось бы выйти на открытые и, как видим, не менее трудные (из-за гладкости) участки скал. Особенно приходится спешить на последних плитах (уч. R21–R22) перед местом ночёвки, которая была намечена с ледника в бинокль (уч. R22–R23).

Наши предположения оказались правильными — полка находится на выпуклой части башни (её не могут задеть боковые обвалы) под грибовидным карнизом (сверху тоже надёжно).

Все участники при движении идут с дополнительной верёвкой. В половине четвёртого А. Уродков снимает последнюю перильную верёвку. Ночёвка на достаточно протяжённой полке (ряд ступенек), палатки подвешены тандемом далеко не в самом удобном месте — вплотную к стене.

Третий день — 8 июля 1980 г. С первыми лучами солнца двойка А. Пархоменко — Н. Иванов начинают двигаться по сложному нагромождению углов, подходя к карнизу-грибу (уч. R25–R26). Под грибом во фляге Н. Иванов подвешивает контрольный тур №2. Он находится:

• под защитой от воды и обвалов;
• точно по центру башни;
• хорошо виден не только от места ночёвки, но и в сильную трубу с морены.

Сам карниз и вышерасположенные скалы — монолитные, почти без трещин. За плитой (уч. R26–R27) следует характерная расщелина, в которую можно в отдельных местах втиснуться частью тела, но края её чрезвычайно гладки; за более пологой плитой подходим к полке под навесом, распростёртой поперёк башни (уч. R29–R30). Сверху начинают литься потоки воды.

В связке А. Уродков заменяет Н. Иванова. Он проходит менее верёвки, но за это время окоченевает под потоками ледяной воды и ветра. По рации решаем — ночевать останемся на прежнем месте.

Четвёртый день — 9 июля 1980 г. Утром:

• Все начинают складывать бивуак.
• Двойка Э. Часов и О. Шумилов налегке идёт наверх, к концу перил.

Верёвки смёрзлись, но наши зажимы прекрасно на них держат. Схватывающий узел проскальзывает, идём с дополнительной страховкой.

Скалы, вследствие крутизны и ветра, за ночь обсохли. По внешнему углу (уч. R24–R2) вверх. Далее сложность пути определяется не его крутизной, а гладкостью скал и отсутствием трещин. Через некоторое время выходим к плите, на которой планировали ночёвку. В её верхней части есть откольчик 10–20 см ширины. По-видимому, вода сюда не попадает. Не задерживаясь, уходим дальше.

За стеной идёт косой навес — он идёт вправо — вверх, защищая ночёвку и работающих ото льда и воды. Движемся под карнизом, забирая поневоле вправо, где он сходит на нет. С 10:00 начинает лить вода, к этому времени идущий впереди выходит из-под защиты карниза (струи текут по его поверхности под него).

Погода испортилась. Сильный ветер несёт брызги под навес, где стоит (в полном смысле слова!) группа. Поскольку до ночёвки близко, А. Пархоменко сменяет Э. Часова и дорабатывает карниз. Дальше видно следующее место для ночёвки. Решаем прекратить работу и пройти этот участок утром, до появления воды. Пока все палатки не вешаем, ждём, когда прекратится таяние льда и перестанет литься вода.

Разжигаем примус и пьём:

• чай;
• молоко;
• супы.

Вечером подвешиваем тандемом палатки — в большой будут трое, в малой — двое, один — между. Спины прислоняем к холодной стене, ноги в воздухе, на петлях оттяжки. Из-за облачности ночь тёплая, вещи не смёрзаются, но всё же мы спали очень плохо:

• сырые ноги в беседках затекают;
• «пятые точки» сползают с выступчика;
• пояса давят грудь;
• влажные пуховки плохо греют.

Пятый день — 10 июля 1980 г. С нетерпением дождавшись рассвета И. Бородацкий и Н. Иванов уходят наверх. На карнизе (уч. R37–R38) приходится забить шлямбур. Выше него расположен рыжий разрушенный отщеп, в котором используем:

• закладки;
• деревянный клин.

Плита, которая приглядывалась ранее, — совершенно гладкая, зато под огромной нависающей стеной справа, в углублении, — есть лёд, здесь можно ночевать.

Решаем обходить эту стену слева (справа находится отшлифованный кулуар со следами падения льда, по нему изредка падают сосульки) по дуге:

• влево — вверх;
• вправо — вверх.

В этом случае мы всё время будем под защитой карниза. В конце стены (уч. R44–R45) под самым карнизом имеется оригинальная пещерка, шириной и глубиной около полуметра, высотой — 1 м. У неё устанавливаем контрольный тур №3. С ночёвки тур виден сразу, обойти его невозможно.

Вперёд выходит А. Пархоменко и дорабатывает карниз. Завтра, по плану, нужно подойти под лёд. Принимаем по рации от наблюдателей пожелания «спокойной ночи» и повисаем в палатках. Сегодня О. Шумилов и Н. Иванов решили спать в гамаках. Гамаки подвешены один под другим в палатке. Мы же четверо буквально висим «сардельками» в системах.

Шестой день — 11 июля 1980 г.

С утра Э. Часов и О. Шумилов выходят вверх на плиту, покрытую льдом (уч. R46–R47). Лёд постоянный (зимний), сверху ещё залит натёчным. У края все трещины залиты льдом, в середине же слой льда недостаточен для крепления ледовых крючьев. Тут нам помогли ледовые закладки, которые вворачивались в гнёзда, проделанные ледорубами.

Траверсируем:

• вправо;
• затем влево под навес.

В этом месте спадает ручеёк сверху (он-то и образует лёд), но всё же это самый «простой» путь. К этому месту вытягиваем рюкзаки от ночёвки.

Ступени скал преодолеваются под самой стенкой, общее направление — влево-вверх, затем в лоб проходим очень разрушенный, нависающий внутренний угол — последняя защита и последнее препятствие перед льдом (уч. R49–R50).

К 12:00 Э. Часов выходит на плиту (уч. R52–R53), с которой открывается вся огромная, сияющая на солнце ледяная стена висячего ледника. Зрелище изумительное, неповторимое и устрашающее.

Чуть выше:

• прекрасная полка, почти метровой ширины;
• сверху — сорокаметровая стенка, служащая нам защитой.

Подходит вся команда, на солнце греемся, сушим вещи.

Под защитой стены можно подняться на её верх. Туда проглядывается путь чуть слева — по двум внутренним углам (уч. R54–R56). Самое неожиданное оказывается наверху — яма под нависшим камнем. Это место мы окрестили «бункер». Из него, как из ДОТа, можно детально рассмотреть всю ледовую стену.

Устраиваемся почти с комфортом на ночёвку, конечно, сидя. Все члены команды поднимаются по одному в «бункер» для осмотра стены.

Перед сном:

• Намечаем путь по льду;
• Забрасываем в «бункер» ледовое снаряжение;
• Передаём по рации просьбу наблюдателям заказать в альплагере машину.

Настроение самое возвышенное — завтра штурм!

Седьмой день — 12 июля 1980 г. Тщательное изучение ледового скола и подготовка к выходу с вечера позволили начать работу глубокой ночью. Работают А. Уродков и Н. Иванов. К рассвету, когда группа подтянулась к «бункеру», идёт уже обработка ледовой стены.

Выше «бункера» расположена отшлифованная льдом плита. Первый прошёл её в галошах, надев кошки на стыке со льдом, мы же в целях безопасности:

• надеваем кошки в «бункере»;
• скребёмся на них по перилам;
• преодолеваем эти незавидные 15 метров.

За пологим льдом, покрывающим выше эту плиту, начинается ледовая стена (уч. R59–R60), монолитная в нижней части и разрушенная в верхней (уч. R60–R61). Здесь, после обрушения образовалась узкая (0,5 м) горизонтальная полочка, а выше неё нависает стена льда. По стыку двух плоскостей образовался камин (уч. R62–R64), который выводит на следующую полочку. Сама полка является отколовшейся глыбой льда, но вся страховка устроена на ледобурах, ввинченных в монолитную основную стену. Выше нас эта монолитная стена переходит в фирновую. Ледовые крючья здесь бесполезны, а кошки — малоэффективны.

Этого мы ожидали, у нас взяты:

• ледоруб;
• айсбайль.

Втыкая их в фирн и добивая молотком, Н. Иванов организует страховку и вешает лесенки.

К 11:00 у нас навешены перила, выводящие на верхнюю пологую часть ледника, все рюкзаки подтянуты на площадку (и, подвешены к монолитной стене…). Через час последний А. Пархоменко выкарабкивается (подъём на уч. R62–R63, R63–R64, R65–R66 всех участников происходил на двух зажимах, рюкзаки вытягивались на блок-тормозе) наверх, на огромное ледяное поле.

Устраиваем короткий отдых, подкрепляемся Н.З. — съедаем:

• банку мёда;
• красную икру;
• сабзу.

Оставив рюкзаки, идём на вершину.

Подъём на вершину очень пологий, только в отдельных местах встречаются трещины.

Далее выходим на гребень:

• В нижней части — огромный ледовый треугольник.
• Лёд гладкий, встречаются трещины.
• Далее следует почти горизонтальный скально-осыпной гребень.

По нему к 14:00 выходим на вершину. Фотографируем, заменяем записку, в туре и укладываем в него, кроме того, футляр с памятной запиской — Олимпийской.

Спуск до рюкзаков идёт по пути подъёма, далее по льду (перила) к перемычке Амшута. По осыпям правой стороны речки спускаемся до сбросов, которые проходятся уже по левой части самой речки, далее по осыпям поднимаемся на северный отрог Амшута и к вечерней связи спускаемся к палаткам радостно встречающих нас наблюдателей.

IV. Снаряжение и его использование.

Снаряжение было подобрано в соответствии с маршрутом и тактическим планом его прохождения. Общий список снаряжения с указанием зоны его использования на маршруте, приведён в таблице 7.

Опишем образцы нового снаряжения и особенности общеизвестного, а также некоторые стороны их применения, которые могут оказаться полезными для последующих восходителей.

1. Верёвка отечественная, последнего года выпуска, была окрашена в три ярких несхожих цвета и была промерена после окраски и сушки. Она использовалась, в основном, как перильная; импортная верёвка (австрийская 14-мм и 10-мм) использовалась как страховочная (при работе первого на двойной верёвке и при движении участника по натянутым перилам).

2. Карабины применялись титановые треугольные (2/3 всего количества) с муфтами и «ирбисы». Последние использовались как промежуточные в том случае, если при навеске их на крючья они практически не касались стены, например, на внешних концах удлинителей.

3. Крючья скальные включали комплекты типов:

   • лепестковые;
   • универсальные;
   • швеллерные широкополочные.

   Большая часть универсальных и швеллерных крючьев изготавливалась по чертежам Э. И. Часова. На универсальные крючья получено авторское свидетельство. Ленинградская Судоверфь ВС профсоюзов с 1981 года запланировала выпускать универсальные и швеллерные крючья по этим чертежам (из стали).

   При прохождении нижней пологой (более опасной) части использовались существующие лагерные универсальные крючья — для ускорения прохождения маршрута эти крючья были оставлены на маршруте.

4. Комплект закладок скальных типов «стоппер» и «гекс» имел металлические тросики, поэтому они могли быть использованы и как удлинители.

5. Молотки скальные и ледовые, айсбайль и ледоруб — по зарубежным образцам и подлинные, выпускаемые в современный период передовыми иностранными фирмами. Их функциональные возможности соответствовали маршруту, например, айсбайль и ледоруб не подходили для рубки ступеней, а были приспособлены для подъёма по вертикальной ледовой стене.

6. Крючья ледовые состояли из 2–х и 3–х заходных ледобуров диаметра 18–22 мм и штопорных — для самостраховки, вспомогательных. Ледовые закладки представляют собой концевые части ледобуров (35–40 мм), к которым прикреплён 5–миллиметровый тросик с проушиной. Ледобуром в натёчном льду высверливается гнездо, в которое ввинчивается закладка. Благодаря гибкому тросику момент в закладке отсутствует, чем обеспечивается прочность её закрепления во льду малой толщины.

7. В широких гладких расширяющихся наружу трещинах шириной 30–60 мм страховка организовывалась на деревянных клиньях, изготовленных командой из арчи. Клинья выдерживают до трёх — четырёх забивок.

8. Зажимы применялись кулачкового типа ленинградского изготовления. На конструкцию этого зажима подана заявка на авторское свидетельство, в коллективе заявляющих состоят Шумилов О. И. и Часов Э. И. Эти зажимы применимы на верёвке практически любой толщины и хорошо держат на оледенелой верёвке.

9. Бивуачное снаряжение состояло из лагерной «памирки», капроновой 2-х местной палатки, 2-х гамаков и тёплых вещей. На висячих ночёвках внутри маленькой палатки в гамаках, друг над другом, спали двое участников (см. фотоснимок).

10. Связь с базовым лагерем (наблюдателем) и между идущими вперёд группой осуществлялась двумя радиостанциями «Виталка»; на аварийный случай каждый участник имел красную ракету.

Питание группы было двухразовое с раздачей сухофруктов на дневной перекус. Рацион включал:

• сухое мясо трёх сортов;
• сухие пюре;
• молоко и кефир (прибалтийского изготовления);
• мёд;
• грецкие орехи;
• сало;
• витамины;
• курагу;
• сабзу;
• специи.

Общий вес продуктов на одного человека не превышал 250 г в день. Особое внимание уделялось полному восстановлению водно-солевого режима. Принятый рацион обеспечил полную работоспособность команды до её возвращения в лагерь.

Общий вид массива Москва с севера

Маршрут: самой монолитной части стены. В районе маршрута стена вогнутая, трудно снять профиль.

Участок R4–R5

Скалы довольно гладкие и крутые (80°), но крепления есть где.

Участок R33–R34. Ночёвка. Плита крутизной 60°, гладкая и мокрая над отвесом, выпуклая стенка с карнизом. Сидеть абсолютно негде, ночёвка в обвязках, гамаки в палатках.

Участок R32–R33. Второй с рюкзаком по зеркалу идёт по системе — зажим на системе, зажим на обвязке. Ночёвка на плите (уч. R40–R41) под защитой наклонной нависающей стенки, плита гладкая и мокрая. Опять висим.

Очень сложное место, участок R45–R46. Сверху потоки воды, как первый, так и последующий в команде мокрые буквально до трусов, так как вода по верёвке идёт в рукава.

Переход ледовой части маршрута. Скалы кончились.

Footnotes

1. www.alpfederation.ru ↗ ↩ ↩² ↩³